ПОЛИЦЕЙСКИЕ СИЛЫ ОКРУЖНОЙ АДМИНИСТРАЦИИ

В Терской области полицейские функции возлагались на специально созданное в области жандармское управление. В отделах (Пятигорском и Кизлярском), а также в г. Моздоке и Владикавказе имелись местные жандармские управления, находившиеся в подчинении областного жандармского управления. В остальных отделах и округах, в том числе и в Нальчикском, полицейские обязанности совмещали начальники округов и атаманы отделов.

Начальник округа свои полицейские обязанности осуществлял через всадников Первой сотни Терской постоянной милиции и летучую команду. Терская постоянная милиция в составе четырнадцати сотен была создана в 1865 году для обеспечения «внутренней безопасности и благоустройства области», а точнее для создания угодной царизму обстановки в национальных округах.

В 1888 году в Нальчикском округе всадники Первой сотни были распределены следующим образом: охранная стража начальника округа составляла 12 человек, старшего помощника – 2, младшего помощника – 1, начальника первого участка – 4, второго – 5, третьего – 3, четвертого – 3 и пятого – 2 человека. Остальные всадники находились на кордонных постах: на Шалушкинском посту – 8 человек, Урванском – 9, Кошероковском – 8, Черекском – 6, Нальчикском – 6 человек. Всего вместе с офицерами в Нальчикском округе было более 70 милиционеров.

Контингент милиции комплектовался в основном из числа представителей социальных верхов местного населения. Желающие зачислялись в милицию приказом начальника Терской области. Администрация области, набирая состав милиции из местных жителей, преследовала две цели. Во-первых, этим самым создавалась видимость их участия в управлении краем. Во-вторых, удерживал народ в повиновении с помощью представителей самого же народа.

Однако Терская милиция не оправдала надежды властей в смысле обеспечения «внутренней безопасности». В 1910 году начальник Терской области докладывал Военному министру, что во второй половине XIX века были случаи, когда «милиционеры изменяли своему долгу и переходили в ряды восставших». Он жаловался, что в начале XX века постоянная милиция «не в силах выполнить лежащие на ней полицейские обязанности».

Поэтому в 1910 году постоянная милиция была упразднена и взамен ее создана Терская постоянная стража с теми же функциями, что и милиция. В отличие от милиции, состав стражников комплектовался не из горских народов, а «из отставных казаков и казаков запасного разряда Кавказских казачьих войск». Как исключение в состав стражи включали некоторых бывших милиционеров из местного населения, которые в прошлом доказали свою верность службой.

В результате реформы полицейского управления в округе были образованы новые посты стражи взамен милицейских постов, а численный состав стражников оставался прежним. Окружная стража по-прежнему находилась в непосредственном распоряжении начальника округа и начальников участков.

Стража была создана в качестве эксперимента сроком на пять лет. Как показывают источники, она продолжала функционировать до победы Февральской буржуазно-демократической революции 1917 года. Значит, можно полагать, что она оправдала надежды царизма.

Кроме стражи в Нальчикском округе имелась еще местная полиция, которая называлась «летучей командой».

По данным источников, летучая команда была создана в 1909 году. Об этом свидетельствует «открытое письмо» начальника округа от 2 марта 1909 года, в котором предписывалось старшинам селений и всем полицейским чинам оказывать начальнику летучей команды Докшоко Астемирову «всевозможное содействие как в отношении задержания и преследования преступников, так и в отношении размещения людей и лошадей команды на ночлег».

На летучую команду возлагались широкие обязанности. Примером тому являются события, имевшие место в Чегемском обществе. В январе 1909 года жители Чегемского общества в знак протеста против административного произвола местных властей отказались собраться на сельский сход для выбора старшины. Начальник участка несколько раз пытался собрать сход, но его старания остались безуспешными. Тогда начальник округа снял с первого участка один отряд летучей команды в количестве восьми всадников и под командованием начальника второго участка послал в Чегемское общество, чтобы принудить жителей «избрать старшину на новое трехлетие» и «составить раскладку оброчной подати, числящейся за ними в недоимок прошлых лет» в сумме 4718 рублей 21 копейка. Кроме этого, они должны были взыскать недоимок в сумме 12 235 рублей 60 копеек за 1908 год.

Сказанное свидетельствует о том, что летучая команда была той же самой полицейской силой, что и постоянная милиция, хотя она была создана якобы только для борьбы с абреками и ворами.

Летучие отряды имелись во всех административных участках, кроме второго. В первом участке службу несли два отряда по девять человек в каждом: один в Баксанском ущелье, а другой – на Малке. В третьем участке тоже было два отряда, один из которых находился в районе Ст. Уруха, а другой – селении Куденетово. В Малой Кабарде имелся один отряд в составе двенадцати человек.

Всадники летучей команды, как и стражники, содержались за счет Кабардинской общественной суммы.

Полицейские обязанности также возлагались на сельских караульных и милиционеров.

Поочередное дежурство жителей селений было введено еще в 1860 году. Караульные под угрозой штрафа за невыход на дежурство были обязаны нести полицейскую службу в пределах своих селений. Под их надзором находились все, кто приезжал в селение и выезжал из него. В случае отсутствия у них документов, дающих им право на передвижение из селения в селение, караульные доставляли их в сельское правление.

Полицейские обязанности были возложены и на самих жителей сельских обществ. Для этой цели использовались некоторые пережитки крепостного права. Одним из них являлась ответственность всего общества перед администрацией за каждого недоимщика и за каждый проступок его членов. Достаточно было провиниться одному из жителей селения, чтобы все сельское общество было наказано по принципу круговой поруки.

В Нальчикском округе, как и в других округах и отделах, был установлен такой порядок, что сельское общество отвечало не только за преступления его отдельных членов, но и за те происшествия, которые случались на всех дорогах, ведущих в аулы.

Особенно тяжелой и оскорбительной для кавказских народов являлась «система экзекуции», по которой ближайший аул, около которого было совершено преступление, подвергался разорению, если преступник не отыскивался обычными полицейскими мерами. По сведениям современника изучаемого периода осетинского поэта и кублвдиста Коста Хетагурова, население Терской области экзекуции подвергалось следующим образом: «Сначала, чтобы дать делу законный «вид и толк», туземцам предлагалось выдать преступника, а когда они не пожелают сделать этого, то в аул присылается рота солдат, эскадрон драгун или сотня казаков, а то и больше, смотря по величине аула. «Гости» располагаются как у себя дома, и, получая все свое продовольствие от «хозяев» даром, конечно, не отказывают себе в возможно лучшем его качестве и обилии...». Иногда такая «экзекуция» продолжалась месяца два, а то и больше.

Коста Хетагуров в статье «Неурядицы Северного Кавказа» приводит интересный пример о том, как одно из балкарских обществ было подвергнуто экзекуции из-за того, что его жители подозревались в убийстве иностранных альпинистов. Как он сообщает, с балкарцев была снята опала только тогда, когда специально снаряженная экспедиция установила их непричастность к гибели альпинистов.

Все это свидетельствует о том, что административно-судебные органы, призванные осуществлять функции управления краем, опирались не на поддержку народа, а на карательные силы, на полицейские формирования. В целях обеспечения надежности полицейских формирований их состав набирался из представителей местной знати и казачества. На службу интересам сохранения и укрепления царского режима на местах были поставлены некоторые пережитки крепостничества (круговая порука, система экзекуции и так далее).